Калашников Михаил Тимофеевич

   Почти 40 лет никто, кроме узкого круга родных и коллег, не знал Михаила Тимофеевича Калашникова в лицо. Все это время он был одним из самых засекреченных людей нашей страны. Зато имя было известно половине мира благодаря его самому знаменитому изобретению — легендарному автомату АК-47.
  Парадоксально, но пока аббревиатура «АК» гремела на всех континентах, став мировым символом надежности, сам конструктор вел скромную жизнь обычного инженера в Ижевске. Зарубежные спецслужбы и коллеги-оружейники долгое время спорили, существует ли «Калашников» на самом деле или это кодовое название секретного советского института.
  Режим строжайшей секретности лишал мастера возможности открыто получать заслуженные мировые лавры, а его первый выезд за границу состоялся лишь на закате советской эпохи. Когда завеса тайны наконец спала, мир с удивлением увидел не сурового военного чиновника, а невероятно скромного и мудрого человека, который всегда подчеркивал- он создавал свое оружие исключительно для защиты родной земли.

     Глава 1. Мальчик, который чинил всё на свете

 В большой и шумной крестьянской семье Калашниковых, что жила в заснеженном алтайском селе Курья, рос мальчик Миша. От других детей он отличался одной странностью. Пока братья играли в лапту или катались на санках, Миша мог часами сидеть на крыльце, вертя в руках старый, заржавевший дверной замок.
— Опять за свое, мастер-ломастер? — добродушно посмеивался отец. — Смотри, обратно не соберешь!
 Но Миша собирал. И замок, к удивлению всей семьи, начинал щелкать как новенький. Мальчику казалось, что у каждой железки есть своя душа и свой голос. Стоило ему увидеть сломанную колесную ось или погнутую деталь от плуга, как в голове тут же начинали крутиться шестеренки. Он представлял, как вдохнуть в эту вещь вторую жизнь.
   В школе Мише больше всего нравились физика и геометрия. А еще он обожал стихи и даже сам пытался их писать. Но металл привлекал его сильнее рифм. Однажды зимой Миша нашел в сарае сломанный деревянный флюгер. Он всю ночь не спал, чистил детальки, заменял стершиеся деревянные штыри на железные гвоздики, смазывал механизм капелькой масла. Утром обновленный флюгер весело крутился на крыше, точно указывая направление ледяного сибирского ветра.
— Ну, Мишка, — покачал головой сосед, — у тебя не руки, а золотые инструменты. Быть тебе инженером!
  Зима на Алтае выдалась лютая, а лед на речке Курье застыл гладкий, как зеркало. Все деревенские мальчишки целыми днями пропадали на реке. Они весело скользили по льду на настоящих железных коньках, которые им купили родители.
  У Мишиных родителей лишних денег не было, а прокатиться с ветерком будущему конструктору хотелось сильнее всего на свете. «Если вещи нет, ее нужно сделать самому!» — решил Миша.
  Он забрался в сарай, отыскал две толстые березовые плашки и принялся за работу. Весь вечер он усердно строгал дерево старым отцовским ножом, придавая деревяшкам форму обувной подошвы и загибая носы вверх, прямо как у заправских конькобежцев. Чтобы коньки хоть как-то скользили, Миша прикрутил к нижней части толстую стальную проволоку, которую нашел в куче металлолома. Привязав свое изобретение к валенкам крепкими веревками, мальчик гордо зашагал к реке.
   Первые шаги дались с трудом — деревянные самоделки то и дело норовили разъехаться. Но уже через полчаса Миша мчался по льду быстрее всех! Проволока весело резала лед, а ветер свистел в ушах. Раззадоренный успехом, Миша решил показать класс и помчался к крутому повороту реки, где течение было самым быстрым.
— Мишка, стой! Назад! Там полынья! — закричали с берега старшие ребята.
  Но было поздно. Скорость деревянных коньков оказалась слишком высокой, а тормозить на них Миша еще не умел. Раздался страшный, звонкий хруст. Тонкий лед мгновенно ушел из-под ног, и мальчик с головой ухнул в ледяную воду. Вода обожгла холодом, тяжелые намокшие валенки с привязанными брусками потащили его на дно. Миша изо всех сил заболтал руками, вынырнул и уцепился за кромку льда. Но лед крошился и обламывался под его пальцами.
 — Держись, Калашников! — донеслось сквозь шум воды.
 К счастью, деревенские ребята не растерялись. Старший брат Миши, Коля, мгновенно сориентировался. Он лег на живот, подполз к опасной зоне и протянул Мише длинную толстую ветку ивы. Коченеющими пальцами Миша намертво вцепился в спасительное дерево. Ребята дружно потянули за другой конец и вытащили промокшего до нитки изобретателя на прочный лед. Дома Мишу ждали горячая печка, чай с малиной и серьезный разговор с отцом.
 — Изобретатель — это тот, кто думает на два шага вперед, — строго, но с облегчением сказал отец, укутывая сына в теплое одеяло. — Твои коньки — чудо инженерии. Но голова тебе дана не только для чертежей, а чтобы опасность видеть.
   Миша стучал зубами, грел руки о кружку и смотрел на стоящие у печки подсыхающие деревянные коньки. Этот урок он запомнил на всю жизнь. Любое, даже самое гениальное изобретение должно быть в первую очередь безопасным..
  Он еще не знал, что впереди его ждет большая и трудная взрослая жизнь, грозные танки и чертежи, которые изменят весь мир. Он просто любил собирать механизмы, которые помогали людям.
           Глава 2. Парень с характером
 Жизнь на алтайской ферме сменилась бескрайними степями Казахстана. Миша подрос, возмужал, и пришло время искать настоящую работу. И где, как вы думаете, может найти себя парень, влюбленный в механизмы? Конечно, на железной дороге!
  Станция Матай стала для юного Калашникова настоящим парком аттракционов, только вместо каруселей вокруг тяжело вздыхали и окутывались паром огромные железные великаны — паровозы. Мишу приняли учетчиком в железнодорожное депо. Работа вроде бы бумажная, но разве усидишь за столом, когда за стеной грохочут станки и пахнет мазутом?
   В обеденный перерыв и после смены Миша бежал к машинистам и слесарям.
— Дядь Степан, а почему этот поршень ходит с постукиванием? — допытывался он у старого мастера.
— Зазор, Мишка, маловат. Вот металл от нагрева расширяется и спотыкается, — утирая пот, отвечал тот.
   Миша жадно впитывал эти знания. Он понял главное правило металла-детали должны идеально подходить друг к другу, но при этом иметь свободу «дышать». Вскоре юноша так хорошо изучил устройство поездов, что мог по звуку определить, какой узел барахлит. На работе его зауважали. Если заклинивало сложный рычаг, звали Калашникова. Он брал инструмент, хитро прищуривался и легким ударом молоточка возвращал деталь к жизни. Именно на железной дороге Миша научился чертить — переносить свои мысли из головы на обычную бумагу при помощи линейки и карандаша                
            Глава 3. Танкист-изобретатель
   В 1938 году Михаила призвали в армию. Из-за небольшого роста и отличного знания техники его определили в танковые войска. Механик-водитель танка Т-34 — это звучит гордо! Михаил управлял грозной тридцатьчетверкой так легко, словно это был обычный велосипед. Но его изобретательский ум не знал покоя даже в казарме.
  — Внутри танка так шумно, что не разберешь, сколько снарядов осталось в барабане, — рассуждал Михаил, осматривая боевое отделение. — А если в бою забудешь посчитать? Это же смертельно опасно!
   И Калашников придумал чудо-прибор — специальный счетчик, который автоматически показывал количество оставшихся выстрелов. Это было гениально и просто. Следом он разработал прибор для учета ресурса танкового двигателя. О молодом изобретателе заговорил весь полк, а вскоре весть дошла до самого Георгия Константиновича Жукова — великого советского полководца. Командующий лично вызвал старшего сержанта Калашникова, пожал ему руку и наградил именными часами. Это была первая награда молодого конструктора.
  — У тебя, парень, светлая голова, — сказал Жуков. — Продолжай в том же духе. Твоя изобретательность Родине очень нужна.
              Глава 4. Чертеж на больничной койке
   Осень 1941 года. Началась Великая Отечественная война. Танковая рота старшего сержанта Калашникова вступила в тяжелые бои под Брянском. Вокруг грохотали взрывы, земля вздымалась к небу. Михаил отважно вел свой танк в атаку, но один из вражеских снарядов разорвался совсем рядом. Удар, темнота…
   Михаил очнулся уже в госпитале. Осколок ранил плечо, но страшнее была боль в душе — его товарищи там, на передовой, а он лежит на белой больничной койке. В палату каждый день привозили новых раненых пехотинцев. Вечерами солдаты тихо разговаривали, и Михаил внимательно слушал их рассказы.
   — Нашим ребятам очень не хватает хороших автоматов, — вздыхал молодой боец с перебинтованной головой. — Вражеские бьют часто, а наши винтовки надежные, да только стреляют по одному патрону. Эх, нам бы такое оружие, чтоб и строчило быстро, и в грязи не заклинивало!
   Эти слова обожгли Михаила. Он не мог взять в руки штурвал танка, но понял, что может победить врага по-другому — своим умом.
   Ночью, когда вся палата засыпала, Калашников доставал обычную школьную тетрадку в клеточку и огрызок карандаша. Левой рукой он придерживал правую, раненую, и бережно выводил линии. Лист за листом в тетради рождался контур совершенно нового оружия. Это был его первый набросок пистолета-пулемета. Михаил твердо решил: «Я сделаю автомат, который защитит наших солдат и сбережет их жизни».
                Глава 5. Рождение легенды (АК-47)
    После выписки Михаила направился в тыл — в мастерские на знакомую станцию Матай, где он работал на железной дороге, до службы в армии. Именно там он мог превратить свои чертежи в настоящий металл. Прямо с вокзала Михаил Тимофеевич отправился к начальнику железнодорожного депо. Седой уставший начальник выслушал предложение Михаил и сказал;
  -Ты молодец и цель у тебя прекрасная. Вот где же только я тебе людей возьму, чтоб помочь? Они и так почти сутками работают по 15 ч.
   Михаил почувствовал, как земля уходит из-под ног. Неужели все чертежи, которые он бережно хранил в госпитальном чемодане, окажутся бесполезными? Понимал Калашников и что тыл работал на пределе человеческих возможностей. И все же отказаться от своей мечты — дать советскому солдату надежное автоматическое оружие — Михаил просто не имел права.
    В этот момент дверь кабинета приоткрылась. На пороге стоял молодой дежурный мастер, который случайно подслушал разговор.
   - Назарыч, — негромко позвал он начальника. — А давай я парню помогу? Мы с ребятами после смены останемся. Инструмент найдем, металлолом в углу лежит подходящий. Дело-то святое — оружие для фронта.
   Седой начальник обвел взглядом упрямого раненого сержанта и своего мастера, махнул рукой и глухо вымолвил:
 - Черти неуемные... Ладно. Занимайте дальний верстак. Но чтоб дисциплина была железная.

  Первые образцы не всегда получались удачными. То пружина лопнет, то затвор заест. Но Калашников не сдавался. Он сутками не выходил из цеха, спал прямо на ящиках из-под снарядов и постоянно повторял свое любимое правило:
 — Сложное сделать может каждый. А вот сделать простое — это самое трудное! Оружие должно быть простым, как лопата, чтобы любой солдат в окопе разобрался.
    В 1947 году был объявлен главный конкурс страны на лучший автомат. В нем участвовали самые опытные, знаменитые конструкторы. Известные конструкторы представляют свои чертежи и свои модели автоматов. Но члены комиссии не знают кто автор того или иного образца. Чертежи все запечатаны в конверты и подписаны псевдонимами. Таким образом все конструкторы известные и еще начинающие поставлены в одинаковые условия. Автомат группы Калашникова шел под псевдонимом "Михтим". Ты наверное подумал, что это за таинственное слово такое? Из какого языка?. Но тут всё очень просто, именно так звучало сокращение по первым буквам имени и отчества молодого конструктора- Михаил Тимофеевич!Услышав псевдоним Михаил даже смутился. Ну какой он «Михтим»? Он ведь был совсем молодым сержантом, и по отчеству его еще никто в жизни не называл! Все звали просто Мишей. Молодой конструктор засомневался, но друзья дружно его уговорили. Так на большом пакете, который улетел в Москву, появилось загадочное слово, выведенное жирным шрифтом: «МИХТИМ».
   Требования к новому оружию были серьезные, а сами испытания были суровыми, почти сказочными. Автоматы бросали в болотную жижу, засыпали мелким речным песком, замораживали в лед и переезжали тяжелыми колесами. Оружие других мастеров после этого отказывалось стрелять.
   После отправки началось самое трудное — томительное ожидание. Никогда еще стрелки часов не двигались так медленно! Дни тянулись, словно резиновые. Все товарищи Михаила жили в страшном напряжении, ведь ответ из столицы мог прийти в любую минуту. Каждый раз, когда в дверь мастерской стучали, сердце молодого сержанта испуганно вздрагивало: «Неужели за мной?»,
  Долго пришлось переживать и нервничать Калашникову ожидая ответа комиссии. До него доходили слухи, то один конструктор, то другой получали отрицательные ответы, а про его автомат молчали. Впору было впасть в отчаяние от этой неизвестности.
  И вот настал решающий день. Михаила срочно вызвали в военный штаб. Когда он вошел, командиры строго, но с улыбкой объявили невероятную новость. Автомат под девизом «Михтим» выдержал сложнейший экзамен и победил! Офицеры крепко пожали Михаилу руку и, рассмеявшись, добавили:— Поздравляем от души! Только вот письмо с победой у нас немного задержалось. Мы обыскали всю воинскую часть, но никак не могли найти солдата со столь странной иностранной фамилией — Михтим! Ваш автомат выпустил всю обойму без единой задержки. Судьи ахнули. Это была безоговорочная победа!
   Простой парень с Алтая создал самый надежный автомат в мире. Именно с этого момента с 1947 года и следует начинать отсчет триумфального шествие автомата Калашникова. Михаила Тимофеевича командировали в город Ижевск, где под его руководством на машиностроительном заводе начался серийный выпуск автоматов. С того времени вся жизнь изобретателя стала связана с этим городом, а сам завод носит и сейчас его имя.
           Глава 6. Мировая слава и скромный мастер
   Прошли годы. Автомат Калашникова стал легендой. Его изображение появилось на гербах и флагах некоторых стран, а имя конструктора узнали на всех континентах. Михаил Тимофеевич стал генералом, получил множество орденов и наград, но остался все таким же скромным и добрым человеком, каким был в детстве. Он очень любил встречаться с детьми — юными техниками, школьниками и суворовцами.
    На этих встречах ребята часто спрашивали его:
— Михаил Тимофеевич, а вам не страшно, что вы создали такое грозное оружие?
  Конструктор мягко улыбался, смотрел на мальчишек и девчонок своими мудрыми глазами и отвечал:
 — Я создавал свой автомат в тяжелое время для одной-единственной цели — защищать рубежи нашей Родины. Это оружие обороны, а не нападения. Спите спокойно, ребята, границы нашей страны под надежным замком. А вам я желаю изобретать не оружие, а мирные машины. Придумывайте новые тракторы, космические корабли, роботов-помощников. Учитесь, дерзайте, и пусть ваши руки тоже станут золотыми!